kazagrandy (kazagrandy) wrote,
kazagrandy
kazagrandy

Category:

Белые партизаны. Отступление в Сибирь.

img436_2_2

А.П. Перхуров.
Фотография сделана в плену у красных.

Летом 1919 года после захлебнувшегося наступления к Волге последовали реорганизации колчаковских вооруженных сил и попытка усилить
боевой потенциал добровольческой компонентой. В числе новаций, которыми белое командование стремилось укрепить фронт, было и
войсковое партизанство как адекватный ситуации Гражданской войны ресурс.
Самоназвание "партизан" широко бытовало и на красной, и на белой стороне, бралось на вооружение повстанцами.
В нем преобладало не узковоенное значение, а изначальный французский смысл.
Партизан как приверженец и сознательный боец, доброволец.
А.П. Перхуров, начальник 13-й Казанской дивизии в середине июля 1919 г. стал начальником партизанских отрядов 3-й армии белых.
Его дивизия в это время была отведена в район Челябинска в армейский резерв на отдых и пополнение.
О новоиспеченных партизанах он задним числом высказывался не без недоумения: "Фактически же пришлось действовать на фронте
с одним только отрядом в составе около 400 шашек. Другие же отряды, носившие почему-то название партизанских, обслуживали линии
полевой почты или же были в зачаточном состоянии".
В конце сентября в отряде остались сотня и эскадрон. Последовал приказ отходить из района Кустаная в Омск, для развертывания.
Командуя дивизией, Перхуров приме-нял партизанские набеги силами конного дивизиона своей дивизии и как будто удачно.
Казанский конный дивизион с добавлением дивизиона казаков-оренбуржцев стал основой его партизанского отряда.
В ходе Челябинской операции, 26-27 июля, Перхуров предпринял не особенно результативный партизанский рейд с отрядом из
2-й Оренбургской казачьей бригады, 9-го Симбирского полка и отряда мобилизованных казаков.
Уничтожив роту красного 230-го полка, отряд отправился в тыл на формирование, а сам генерал попросился в отставку.



img436_2_3

Л.Н. Доможиров.

При Уфимской группе войск работал Челябинский партизанский отряд полковника Н.Г. Сорочинского — начальника контрразведки
Челябинска до сдачи города красным.
Очевидно, подчиненные Сорочинского по прежней службе и составили отряд, участвовавший в боях за город.
Под Ишимом конный дивизион Сорочинского, уже под командой другого офицера, действовал крайне неудачно.
Создать эффективную партизанскую часть явно не получилось.
В преддверии последнего большого наступления белых на степном фланге 3-й армии господствовали партизанские наименования.
Сформированный 13 августа сводный казачий отряд из оренбургских частей 20-го августа стал Партизанской группой генерала
Л.Н. Доможирова. Группа, не имея артиллерии, доблестно сражалась, сдерживая наступление красной пехоты.
Южнее располагалась Степная армейская группа, основу которой составили части анненковцев, сведенные в Партизанскую дивизию
генерала З.Ф. Церетели — регулярное соединение.
Наконец, еще южнее, в районе Кустаная, действовали партизанские отряды Перхурова (пять сотен и эскадронов, 550 сабель) и генерала
Н.П. Карнаухова (оренбургский казачий дивизион и чины учреждений Кустаная с беженским обозом).
Летом 1919 г. родился план глубокого конного рейда в тыл красных с перспекти-вой масштабных партизанских действий.
По одной версии, план принадлежал самому генералу В.О. Каппелю, был доведен до сведения Ставки, но не был принят.
По другой — идея была подана командиром Волжского конно-егерского дивизиона Б.К. Фортунатовым и его офицерами и горячо
поддержана командиром корпуса.
В первом варианте речь шла о глубоком рейде в тыл красных с целью диверсионными действиями оття-нуть с фронта большие силы
неприятеля. Во втором же — об уходе на Волгу с целью открыть новый противобольшевистский фронт. Еще одна идея — создание
мощного конного соединения, способного нанести сокрушающий удар с прорывом красного фронта. Когда эта идея стала воплощаться
в виде Войскового Сибирского корпуса, кандидатура В.О. Каппеля, кадрового кавалериста, на пост командира корпуса
рассматривалась наряду с П.П. Ивановым-Риновым. Лишь болезнь Каппеля сняла этот вопрос.
В общих чертах известна эпопея яркого партизана и нетипичного эсера — каппелевца Б.К. Фортунатова10.
В 1918 г., будучи членом Военного штаба Комитета членов Всероссийского Учредительного собра¬ния, он сражался в строю.
Военная стезя увлекла Фортунатова. Его Волжский конно-егерский дивизион входил в Волжскую кава¬лерийскую бригаду генерала
К.П. Нечаева и представлял собой сплоченную боевую часть.
Летом в дивизионе стали открыто говорить о реакционном и антинародном
курсе правительства адмирала А.В. Колчака. В результате в начале августа дивизион Фортунатова самовольно ушел из корпуса,
к нему присоединились отдельные чины других частей. Ядро дивизиона было из Самарской губернии, и речь шла о продолжении
борьбы в родных краях.
В терпящей поражение Оренбургской армии часть Фортунатова выглядела островком дисциплины и порядка.
Перхуров возглавил партизанский отряд, так как разошелся с командованием корпуса и еще раньше разделял идею Фортунатова
пробиться на Волгу. 18 августа отряды со-единились и около трех недель двигались вместе.
Так люди, способные стать войсковыми партизанами, попали в бунтовщики, на "партизанское положение", а не на роль партизан.
Генерал Карнаухов пытался арестовать партизан за нежелание отступать на восток. Командир IV Оренбургского армейского
корпуса генерал А.С. Бакич не желал про¬пускать их через свои порядки, подозревая, что отряды идут сдаваться красным.
Волжские партизаны как будто имели намерение захватить с собой старых добровольцев из состава корпуса Бакича, на что
те живо откликнулись.

img436_3_3

Гекнерал А.С. Бакич.

Тем не менее в итоге Перхуров решил, согласно приказу, двигаться на восток с армией.
Дивизион Фортунатова стал 1-м Волж-ским партизанским отрядом. Считается, что Каппель с заведомым опозданием подписал
приказ о задержании дезертиров, фактически предоставив им возможность уйти.
30 сентября последовала амнистия при условии возвращения.
С отрядом сде¬лали несколько переходов два отбившихся воткинских эскадрона, но, поняв безнадеж¬ность затеи, вернулись
на восток и присоединились к Ижевскому конному полку.
Уже в Сибири, при отходе по проселку, с генералом А.П. Перхуровым повстречался Конно-Егерский дивизион М.М. Манжетного.
Около полутора недель они двигались на восток вместе.
Дивизион Перхурова представлял собой не более чем "намек на эскадрон", а сам генерал рассказывал, как "поднял в 1918 г.
восстание в Ярославле и думает теперь снова вернуться назад.
Очень уговаривал и меня присоединиться, доказывая, что с таким отрядом, как у нас, можно отлично партизанить.
Я же доказывал несостоятельность этой идеи", — вспоминал Манжетный.
По его рассказу, генерал двигался на восток скрепя сердце. "Мысли вернуться назад он не оставил и однажды заявил мне,
что делает дневку, если я хочу двигаться дальше —он ничего против иметь не будет".
Части пошли раздельно.
Партизаны были, в более ранний пе-риод, и в Сибирской армии. По приказам I Сибирскому корпусу известны партизанские
отряды при его частях.
23 января 1919 г. в приказе корпусу № 25 отмечалось: «Приказываю всем бывшим солдатам срока службы 1908 и 1909 годов
явиться в свои волостные и уездные правления к 30 января 1919 года. Из явившихся солдат приказываю сформировать
партизанские отряды при полках 1-го Средне-Сибирского корпуса. Призыв временный на 8 месяцев. По формировании новых
отрядов, отряды эти приказываю распустить и отправить партизан по домам.
Каждый партизан должен явиться в полной одежде для зимней войны...
Сна¬ряжение и вооружении получить в полку. С момента прибытия в полк, партизан считается на военной службе,
как солдат, и получает все положенное довольствие (кроме вещевого) по своему званию...
Временный призыв бывших солдат приказываю произвести: отлевого берега Камы в Соликамском уезде, Пермском и Кунгурском
уездах и от правого берега реки Камы в Чердынском, Соликамском и Оханском уездах начальнику Пермской местной бригады.
Губернскому комиссару, Городским и Земским самоу¬правлениям оказывать полное содействие и помощь военным властям».
Речь шла о тех местностях, где в 1918 г., еще до при¬хода белых, получило развитие партизанско-повстанческое движение.
Генерал А.Н. Пепеляев также создавал партизанские отряды из опытных солдат благоприятно настроенных местностей.
Вполне разумное и продуктивное решение.
Известны 1-й Пермский и Красносельский отряды при б-м Мариинском полку, пору¬чика Харитонова — при 3-м Барнаульском полку,
отряды на северном фланге корпуса, в составе Северного отряда полковника А.В. Бордзиловского.
Надо полагать, были и другие.
В полках они значились как чет¬вертые батальоны, активно воевали, причем известны награждения их чинов Георгиевскими
крестами.
Вернемся к партизанам 3-й армии. Отряд Перхурова кончил сдачей на Лене в марте 1920 г.17, отряд Фортунатова после
головокружительного похода успел поуча¬ствовать лишь в гибельном отходе ураль¬ских казаков, ни о каком фронте на Волге
речи уже не было.
В двери стучались решения в духе во¬йскового партизанства и кавалерийского рейдерства. Необходимо было переломить ситуацию
после череды военных неудач в ус¬ловиях опасности разрыва фронта.
Одновременно в партизанах видели надежные мобильные части, адаптированные к условиям Гражданской войны.
При этом немедленно открылась еще одна ипостась партизанской деятельности: партизан как сознательный боец, не связанный
субординацией и готовый принимать самостоятельные решения.
В реальности партизанские по наиме¬нованию части в режиме войскового партизанства не действовали, являясь либо
строевыми частями, либо случайными сборными отрядами. Организовать по-настоящему партизанские действия в условиях
благоприятного ландшафта белое командование не смогло.
В то же время «партизанские» замыслы авантюрного склада волновали, очевидно, многих офицеров. Интересно, что кадровые
офицеры все же удержались от соблазнов и остались в рамках суборди¬нации и дисциплины, что видно на примерах генералов
В.О. Каппеля и А.П. Перхурова. Офицерская же молодежь чувствовала себя вольнее.
Личный состав из доброволь¬цев был очень чувствителен к идее борьбы в родных местах.
Однако эпопея Б.К. Фортунатова продемонстрировала, что хороший кадр и яркий командир лишь ослабили фронт, не принеся
тысячекилометровыми блужданиями никаких выгод белым.
В Гражданской войне войсковая партизанская борьба неизбежно должна была сопрягаться с политико-идеологическим воздействием
на население и противника, организацией повстанческого движения во вражеском тылу.
Учитывая опыт Сибирской армии весны-лета 1919 г., можно предполагать, что генерал А.Н. Пепеляев (в годы Первой ми¬ровой
руководил полковой командой конных разведчиков, сводным отрядом из казаков и конных команд 11-й Сибирской стрелковой дивизии)
мог стать организатором войско¬вого партизанства в интересах фронта. Это избавило бы его от гротескной роли «демократа»,
создало бы поле деятельности для мо¬лодых офицеров из его окружения, склонных к политике, а фронт имел бы шанс избежать
катастрофических ударов в спину.

Текст: А. Посадский, д.и.н.

.
Tags: Белое Движение, Гражданская война, военная история, история России, партизаны
Subscribe
Buy for 100 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments